Поиск по сайту

Сейчас на форуме (гостей: 36, пользователей: 1, из них скрытых: 0) Лука Гайдукевич
День рождения vcilokir Васякин(32)
Всего зарегистр: 7024

Обсуждали: 109

Всего форумов: 8
Всего тем: 130
Всего сообщений: 1551

История Японии - 1

Ранняя Япония (40000 г. до н.э. - 300 г. н.э.), период Ямато (300 - 710), периоды Нара и Хэйян (710 - 1185), период Камакура (1185 - 1333)

Период Муромати (1333 - 1573), период Адзути Момояма (1573 - 1603), период Эдо (1603 - 1867), период Мэйдзи (1867 - 1912)

Доисторическая Япония


Японцы всегда интересовались собственными древностями. Подтверждением этому может служить обилие исторических сочинений, появлявшихся в Японии по крайней мере с VIII в. Этот интерес достаточно рано проявился и по отношению к артефактам, представлявших собой предмет коллекционирования.
Однако сколько-нибудь систематическое изучение и коллекционирование древних памятников материальной культуры началось только в период сёгуната Токугава, в XVII веке. До этого японские знатоки древностей основное внимание уделяли все-таки анализу сообщений в письменных источниках или интересовались тем, что мы сегодня называем "исторической археологией", в орбиту которой традиционно входили дворцы императора и знати, а также буддийские храмы.
Так, к этому времени относятся первые попытки систематического изучения курганов: крупный феодал из княжества Мито (совр. префектура Ибараки) Токугава Мицукуни в 1692 г. провел раскопки и обмеры одного из них (после этого он восстановил сооружение). В период Токугава был также составлен список и проведены обмеры около двухсот захоронений курганного типа в Фукусато (префектура Окаяма). Появились и ученые трактаты, посвященные курганам. Их авторами были Сайто Саданори, Яно Кадзусада, Гамо Кумпэй; последний попытался создать типологию эволюции курганов, исходя из их формы. Камэи Наммэй предположил, что обнаруженная в 1784 г. золотая печать была ни чем иным, как знаком инвеституры, врученным китайским императором местному японскому правителю, о чем сообщалось в китайской хронике "Хоухань-шу". Аояги Танэнобу исследовал погребальные керамические сосуды и инвентарь захоронений в провинции Тикудзен (совр. префектура Фукуока).
Однако профессиональное внедрение современных научных методов археологических исследований началось только после реставрации Мэйдзи (Мэйдзи исин) и было связано с именами таких ученых как американский биолог Э. Морс, англичанин В. Гоулэнд и др.
Пионером японской археологии по справедливости считается Э. Морс. Прибывший в Японию в 1877 г. для исследования моллюсков, он обнаружил в Омори вблизи Токио доисторическую "раковинную кучу", похожую на ту, что он ранее раскопал в Новой Англии. Получив преподавательскую должность в Токийском университете, Морс провёл её раскопки и посетил со своими студентами множество других стоянок. Часть учеников Морса после его отъезда самостоятельно продолжила археологические изыскания.
В. Гоулэнд, подданный Великобритании, связанный по своим служебным обязанностям с монетным двором в Осака, обследовал ряд Курганных погребений в районе Осака-Нара во время своего пребывания в Японии в 1872-1888 гг. Именно с его именем связывают ныне начало по-настоящему научного изучения курганного периода. Его детальные описания и рисунки оказали большое влияние на становление японской археологии.
Формирование современной археологической школы в Японии можно отнести к началу XX в. В 1896 г. в стране было организовано Археологическое общество. Первый курс по археологии был прочитан в 1909 г. в университете Киото.
Современное археологическое дело поставлено в Японии на самом высоком уровне. На зависть археологам всего остального мира археологические исследования финансируются в достаточном объеме, сами раскопки и анализ находок ведутся с применением самых последних достижений научно-технической мысли.
Следует признать, что именно археология внесла в последнее время наиболее весомый вклад в изучение японской древности. Причем это касается не только чисто археологических, бесписьменных периодов (что было бы только естественным), но и исторического времени. Может быть, особенно плодотворным в этом отношении было обнаружение моккан — эпиграфики на деревянных табличках, — относящихся к VII-VIII вв.
В конце 60-х годов на территории Японии было зарегистрировано около 90 тыс. археологических памятников. Через 30 лет их количество возросло до более чем 300 тыс. Впечатляет также и объем выполняемых археологических изысканий: каждый год работы ведутся на 9-10 тыс. объектов (для сравнения, в 1961 г. — на 408), ежегодно выпускается около 3 тыс. монографий, посвященных археологической тематике.
Столь стремительный рост числа находок объясняется тем, что бурному промышленному развитию страны сопутствовал бум раскопок на местах новостроек, проводить которые предписывается в Японии законом. Правда, несмотря на это, эксперты сходятся во мнении, что 40 тыс. уже открытых археологических памятников будут безвозвратно утеряны ещё к концу XX в.
Раскопками в Японии занимаются как университеты (зарегистрировано около 5 тыс. профессиональных археологов), так и местные власти и любители. Работа археологов вызывает интерес не только среди профессионалов. Она имеет и огромный общественный резонанс. Совершенно обычным является вынесение сообщений о новых находках на первые полосы газет, их обсуждение в качестве важнейших событий на телевидении. Наряду с почтительным отношением японцев к собственной истории вообще, это объясняется и свойственной им потребностью в этнической самоидентификации, первостепенную роль в которой массовое сознание в настоящее время отводит именно историческим и археологическим исследованиям (в 70-80-х годах эту роль играли этнографические исследования и наблюдения иностранцев, касавшиеся особенностей японской культуры, образа жизни, национального характера). В числе непосредственно связанных с археологическими изысканиями проблем, на которых фокусируется общественное внимание, можно назвать:

  • этногенез японцев (антропологические исследования, касающиеся периодов Дзёмон и Яёй);
  • определение местонахождения древнего государства Яматай и поиски захоронения его правительницы Химико в погребениях курганного типа;
  • месторасположение и устройство дворцов ранних японских правителей (включая период Нара);
  • исследования по дорожной инфраструктуре периода Нара.


Набранные японскими археологами темпы исследований столь высоки, что не только помогают разрешению научных проблем, но создают некоторые новые. Дело в том, что в результате возникла существенная региональная неравномерность в добывании и освоении археологического материала, касающегося стран Дальнего Востока. Скажем, для адекватного понимания ранней истории Японии исключительно важное значение имеют результаты работы археологов на Корейском п-ове ввиду чрезвычайно тесных контактов древних японцев (и протояпонцев) с этим регионом. В связи с этим явное отставание археологических исследований в Южной Корее и в КНДР создает не только чисто научные проблемы, но и чревато рождением новых мифов относительно прошлого. Так, упомянутые моккан были заимствованы японцами у корейцев, но в настоящее время на Корейском п-ове их найдено лишь чуть более сотни, а в Японии — около 200 тыс. На основании этого факта напрашивается вывод о гораздо более широком распространении письменности в Японии. Однако следует иметь в виду, что археологические изыскания проводятся в Японии с гораздо большим размахом, с чем, возможно, и связано большее число находок.
В любом случае, однако, археологические источники по своей природе таковы, что не позволяют, как правило, составить на их основании полную и однозначную историческую картину. Имеющиеся данные заведомо неполны и подвергаются постоянной и серьезной ревизии. Соответственно, существующие их интерпретации также относительны и в любой момент могут быть подвергнуты пересмотру — как ввиду новых находок, так и в силу новых подходов.

Палеолит
Первые следы деятельности палеолитического человека были открыты в 1949 г. в Ивадзюку (префектура Гумма). В последующие годы по всей стране обнаружено по крайней мере ещё около 5 тыс. палеолитических стоянок (из них около 4,5 тыс. относятся к позднему палеолиту, т. е. к периоду, начиная с 30 тыс. лет до нашего времени). Согласно оценкам японских археологов, для добытого на них археологического материала (в основном, каменных орудий) характерен значительный хронологический разброс (300-13 тыс. лет назад). Таким образом, если говорить о геологических соответствиях, то японский палеолит охватывает плейстоцен и ледниковый период.
Японские исследователи встречаются в своей работе с принципиальными сложностями, связанными со слабой сохранностью исходного антропологического материала. Кислые почвы Японии плохо сохраняют костные останки человека, животных, любую органику. Наилучшей сохранностью обладают костяки (несколько тысяч находок), относящиеся к неолитическому периоду Дзёмон, когда бытовал обычай захоронений в пещёрах, а также в "раковинных кучах", где в результате реакции между содержавшейся в раковинах известью и водой происходило удержание кальция в костных останках. Всего несколько сотен находок относятся к последующим историческим периодам (Яёй, Кофун, Камакура, Муромати, Эдо). Для периодов Нара и Хэйан антропологический материал практически отсутствует. Это объясняется как вышеуказанными особенностями японских почв (для захоронений в земле), так и распространением буддийской практики трупосожжения. Что же касается палеолита, то находки, относящиеся к нему, исчисляются единицами.
Поэтому японский палеолит (ещё в большей степени, чем в других регионах) исследуется почти исключительно с точки зрения типологии каменных орудий. Вместе с тем, благодаря тому, что стоянки человека каменного века в Японии очень часто обнаруживаются в геологических слоях, изолированных друг от друга застывшей лавой, выплеснувшейся во время вулканических извержений (пещёрных стоянок найдено чрезвычайно мало), задачи по стратификации и созданию эволюционной типологии каменных орудий решаются довольно успешно.
Эпоха палеолита на территории Японского архипелага терминологически определяется по-разному. Раньше в ходу были термины "период пред-дзёмон" и "докерамический период" (ныне они выходят из употребления). Теперь используется как собственно термин "палеолит" (кюсэкки дзидай), так и название "период Ивадзюку" - Здесь сказывается укоренившаяся в Японии тенденция использовать историческую периодизацию, неприменимую к истории других стран, что связано с уже упомянутым обостренным комплексом "национальной самоидентификации". Поиски самобытных японских черт распространяются, таким образом, и на то время, когда о каком-либо этническом самосознании не может идти и речи.
Тем не менее японские археологи утверждают, что в период позднего палеолита некоторые каменные орудия (ножи и топоры) демонстрируют определенное своеобразие, что позволяет, по их мнению, говорить о существовании уже в то время зачатков самобытной японской культуры (при этом, правда, не существует работ, подтверждающих преемственность более поздней японской культуры по отношению к палеолитической). Отмечаются и региональные особенности в технике обработки каменных орудий в Западной и Восточной Японии. Таким образом, корни культурного своеобразия этих частей страны, прослеживающиеся в дальнейшем на всём протяжении японской истории, относят к эпохе верхнего палеолита.
Все же носителей палеолитической (или "докерамической") культуры на территории Японии никак нельзя признать за предков современных японцев. Это утверждение вряд ли можно оспорить как с фактической, так и с теоретической точки зрения: палеолитические памятники вообще демонстрируют скорее общность и единство человеческой культуры. До этого же мы имеем дело не с историей народа (этноса или протоэтноса), а с историей определенной территории и сопутствующего ей населения.

Фото из галереи